Пять книг на длинные выходные
Май 2026Если майские праздники для вас все еще праздники, вот пять книг на длинные выходные — о музыке, эмиграции, памяти, литературе и попытках понять время, в котором мы живем.
«Когда мы поем, поднимается ветер»: Александр Горбачев о музыке
«Когда мы поем, поднимается ветер» — книга о том, как менялась российская популярная музыка в последние 25 лет и как вместе с ней менялась жизнь в путинской России. Александр Горбачев — музыкальный журналист и бывший главный редактор «Афиши» — собрал под одной обложкой эссе разных лет и интервью с несколькими десятками музыкантов, определивших облик российской поп-сцены этой эпохи, — от Гребенщикова, Шевчука и Земфиры до Петра Налича, Оксимирона и Монеточки. Сложенные вместе, эти тексты превращаются в последовательное, тонкое и глубокое исследование того, как музыка взаимодействует со временем и что она может рассказать о России начала XXI века.
«Тайный ход»: Лев Рубинштейн о детстве
«Тайный ход» — неоконченная проза Льва Рубинштейна о семье и детстве, над которой он начал работать уже во время войны, и стихи «в столбик», написанные им в последние годы жизни и тоже обращенные к темам детства и памяти.
Вот как пишет об этой книге основатель книжного магазина «Бабель» в Тель-Авиве и одноименного издательства Евгений Коган: «Рубинштейн состоял из воспоминаний, он — оставаясь при этом абсолютно современным — жил ими, и он умел раздаривать их окружающим, близким и не очень. Так вот, незаконченный (не уверен, что его вообще можно было бы закончить) „Тайный ход“ — это воспоминания о детстве, нежные, трогательные, уже любимые тексты с очень узнаваемым голосом Льва Семеновича».
«Мои. Эссе о русской литературе»: Михаил Шишкин о чтении
Сборник эссе Михаила Шишкина о русских писателях от Пушкина и Толстого до Шарова и Рогозина. Тексты Шишкина не претендует на объективность филологического исследования и не похожи на лекции из школьной программы. Он пишет о главных героях классической русской литературы именно как увлеченный читатель, и его эссе подчеркнуто личные — недаром он называет их «мой Пушкин», «мой Пришвин».
Большинство вошедших в сборник текстов были написаны задолго до нападения России на Украину. Но теперь автор предлагает перечитать их именно в этом ракурсе — в поисках ответа на вопрос, «зачем литература, если она не спасла ни от ГУЛАГа, ни от СВО?».
«Велосипедная улица, 51»: Коля Сулима об эмиграции
«Велосипедная улица, 51» — искренний и остроумный рассказ «профессора эмиграции», как автор сам себя называет, о переездах из Минска в Киев, из Киева в Варшаву и оттуда наконец в Берлин. И, конечно, про жизнь в эмиграции: сумбурную, непривычную, иногда ужасно сложную, а иногда, наоборот, очень смешную. Именно тут возникают неожиданные, но, как выясняется, важные вопросы: сколько в Германии стоит стеклянная тара, а сколько алюминиевая? Как не сойти с ума от немецкой бюрократии? Чем пахнет на Леопольдплац?
. «Смонг»: Виктор Вахштайн обо всем
«Смонг» — это проза, написанная одновременно писателем, ученым и искателем приключений, хоть и вынужденным, то есть ее можно читать, и как современный автофикшн, и как научный трактат, и как приключенческий роман.
Вот что рассказывает о книге автор: «Это история об историях. О рассказах, услышанных от родителей на кухне, от учителей в аудиториях, от друзей в барах. О том, как эти разрозненные, не связанные и предельно далекие друг от друга сюжеты вдруг сближаются, сцепляются, образуют причудливые узоры — вроде железных опилок, попавших в магнитное поле. А потом конвертируются в действия. Не менее причудливые… Истории действуют вместе с людьми. Они — равноправные участники социального мира».
